Город Балашиха Московская область

В свежем номере газеты Про Реутов вышла моя статья об уникальном докторе - Александре Григорьевиче Чучалине.

В свежем номере газеты Про Реутов вышла моя статья об уникальном докторе - Александре Григорьевиче Чучалине.
В свежем номере газеты "Про Реутов" вышла моя статья об уникальном докторе - Александре Григорьевиче Чучалине.
Его называют ни много ни мало - основоположником отечественной школы пульмонологии. Именно его опыт и знания помогли спасти миллионы людей с заболеванием лёгких. И ещё в 2016 году он называл эффективный российский препарат, который прекрасно себя показал при лечении коронавирусов. А родился Александр Григорьевич в посёлке Реутово-1, ныне микрорайон Никольско-Архангельский городского округа Балашиха.
Его отец - военнослужащий, подполковник, служивший в дивизии им. Ф.Э. Дзержинского. Он погиб в конце Великой Отечественной войны. После окончания школы, в 1957 году Александр Григорьевич поступил во 2-й Московский, ордена Ленина государственный медицинский институт им. Н. И. Пирогова. С 1963 по 1965 год был клиническим ординатором, с 1965 по 1967 год - аспирантом. Кандидатскую диссертацию защитил в 1967 году, докторскую - в 1974-м.
Мы познакомились с академиком Чучалиным ещё в 90-е годы – он приезжал тогда в Балашиху по приглашению главного врача балашихинской ЦРБ Анатолия Вайганта – организовывал в нашем городе конференции, мастер-классы, школы по лечению астмы, осматривал тяжёлых больных. Тогда же и состоялось наше с ним первое интервью. И именно тогда Александр Григорьевич рассказал, что его корни отсюда – из Балашихи.
Академик Чучалин - уникальный доктор. Он лечил четырёх генсеков: Брежнева, Черненко, Андропова и Горбачёва. С 1974 по 1989 год Александр Григорьевич работал в 4-м Главном управлении при Минздраве СССР (Кремлёвской больнице), занимавшемся медицинским обслуживанием высших должностных лиц СССР.
Опыт доктора Чучалина требовался постоянно. Например, помог ему в марте 1982 года, когда Леонид Ильич Брежнев совершил поездку в Ташкент, едва не закончившуюся для него трагически.
Тогда Брежнев сразу из аэропорта поехал на авиационный завод. Шёл по цеху. И вдруг балка, которая перегораживала проёмы цеха, треснула. Огромный бетонный осколок упал на правое плечо Брежнева.
- У него была тяжёлая травма - перелом ключицы, пяти рёбер, кровоизлияние в печень, - рассказал Чучалин. - В таких случаях, когда у человека травматический шок, ему помогают лекарствами, снимают боль. Так и поступили. Меня тогда поразило его мужество - как он смог перетерпеть боль. Брежнев пережил травматический шок. Он потерял сознание от боли, пришел в себя, поднялся, вручил медаль.
А на следующий день его экстренно доставили в Москву.
- Мы ночью все собрались, картина не очень хорошая, - рассказал Чучалин. - Брежнев был скромен в быту, он отказался от больницы на Мичуринском проспекте, лучшей в СССР. По этой ситуации работали я, Чазов, лечащий врач Брежнева, и легендарный торакальный хирург Михаил Перельман. И мы пригласили травматолога - можно ли оперировать в таком состоянии или нет. Решили хирургическим путём повреждения не трогать. Тогда Брежнева спасли. Но тяжёлая травма, полученная в Ташкенте, в конечном счёте и подвела к тому, что в ноябре 1982 года Брежнев ушел из жизни во время сна…
Следующего генсека Константина Устиновича Черненко болезнь сделала просто физически немощным.
- Когда я с ним познакомился как врач и стал им заниматься, то имел дело с инвалидом первой группы, - рассказал Чучалин. - Он был очень мобилизован, работоспособен, но обеспечить себя кислородом уже не мог.
Из-за плохого дыхания он очень поздно просыпался и приезжал к себе на работу в ЦК после 10 часов и уезжал домой после 22 часов.
- Я активно искал, чем Черненко можно помочь, как помочь, - рассказал Александр Григорьевич. - Тогда методы, получившие сегодня большое развитие, носили характер начальных, пилотных исследований. В частности, длительная терапия кислородом, которая действительно помогает справляться с одышкой, и пациенты становятся более активными. Это машина - концентратор кислорода, которая включается в электрическую сеть, немного гудит при этом. Нужно было убедить Черненко пользоваться кислородом, особенно в ночные часы. Так он наконец стал спать лучше. После этого он подружился со мной. До этого дружбы не получалось.
В последние месяцы даже добраться от своего кабинета до того, где проходило заседание Политбюро, было для Черненко большим усилием. Нужно было не только дойти, но и преодолеть несколько ступенек - для него в последние годы это уже было чрезмерно трудно.
- Этот пример говорит о том, что он был лимитирован до предела, - рассуждает Чучалин. - Он как-то открыл дверь, и все члены Политбюро ахнули, у них произошёл эмоциональный срыв. Они поняли, что перед ними человек, который смотрит в другой мир. Черненко умирал у нас с Чазовым на руках. Наросли явления комы, потеря сознания, и тихо он ушёл из жизни. Ещё хочу выделить главную его черту - он был безукоризненно честным человеком и преданным делу, которое он нес. Как врач я мог это наблюдать…
По словам академика Чучалина, когда после вскрытия он увидел лёгкие генсека, то пришёл в шок. До этого он ничего подобного не видел. «Даже сама ткань была похожа на маленькую-маленькую тряпочку, которую иногда водители используют, чтобы протереть стекла, - рассказал Чучалин. - Практически полная атрофия, мертвая легочная ткань…».
С именем Александра Григорьевича Чучалина связано признание отечественной пульмонологии как самостоятельной медицинской отрасли, появление среди прочих равных врачебной специальности «пульмонология», утверждение должностной категории врача-пульмонолога. Он добился того, что заболевания органов дыхания стали лечить пульмонологи, а не терапевты.
В 1990 году Александр Григорьевич создал Научно-исследовательский институт пульмонологии. А в 2006 году под руководством А.Г. Чучалина была проведена первая в России успешная двухсторонняя трансплантация лёгких, признанная во всем мире вершиной современных медицинских технологий.
65 просмотров

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!